– Эй ты, ржавая кадушка! Взял, да? ! Фашист паршивый! Прыгни сюда, я оборву тебе завязки на подштанниках!
Он и правда запрыгал! Забегал по поляне, хлопая чувяками, и несколько раз подскочил. Я снизился метров до трех и плюнул ему на макушку. И попал! Он завизжал, замахал кулаками, заорал:
– Хулиган! Спускайся, а то хуже будет!
Я захохотал. Знал, что хуже не будет.
Но… ведь и лучше не будет. Ключик-то у Хозяина. И заперты наглухо все ржавые браслеты…
Хозяин все бегал по кругу, ключик серебристой искоркой вздрагивал у него на груди.
И еще что-то сильно сверкало внизу. В траве. У передней стенки троллейбуса. Может, еще один ключик?
Мысль была, конечно, совершенно глупая, но я все же спикировал к земле. Хозяин со злорадным воплем кинулся на меня и, конечно, не успел: я взвился опять. Однако за секунду мне удалось разглядеть, что блестит среди травяных стеблей осколок стекла. Наверно, от разбитой фары.
У расколотых стекол всегда острые края…
А шнурок у ключика совсем тонкий.