Потом помню только Настины теплые пальцы и сиплый шепот Глафиры:
– Ты, само главно, кровь останови. В ём и так кровушки-то всего как в пташке…
И бубнящий голос Степаниды:
– Я лунную травку замешала, чтоб зараза никакая в его не попала, микробы всякие…
Боль поутихла, но совсем не прошла. До конца вылечить меня так быстро не могло, видно, никакое колдовство. А может, как порвалась ржавая цепь Хозяина, так ведьмы потеряли волшебную силу?
И уже дома, в постели, я сквозь сон ощущал, как ноют мои ссадины и порезы…
ПОСЛЕ СКАЗКИ
– Это не ребенок, а ужас. Это где же так надо носиться, чтобы изодрать все в клочья? Уму непостижимо…
Я лежал под натянутым до носа одеялом и виновато бубнил, что мы с ребятами лазили на свалке и я застрял в колючей проволоке.
– Неужели свалка – подходящее место для игр? – печально спросила мама. – Ты ведь не только одежду мог изорвать, но и сам исцарапаться. Ты цел? Ну-ка…