– Смерть ему! – раздалось кругом.
– Вы так сказали. Так слушайте же: я уже взял в плен врага, и он теперь в моей власти.
– Смерть! Смерть ему!
– А ты что скажешь, царица моя?
– Смерть дерзкому! – услыхал Твердов голос Веры.
– Пусть будет так! Он умрет, как умерли другие, но только, прежде чем умереть, пусть он увидит славу своих победителей!
Зеленые кусты вдруг раздвинулись, и перед Твердовым предстала картина, похожая на сказку. Прямо перед ним, на высоком троне, к которому вели несколько ступенек, сидела Вера. На ней был древнегреческий наряд, и вся она сияла бриллиантами и золотыми украшениями. По обе стороны трона неподвижно стояли две фигуры воинов с мечами у бедер. У ног Веры полулежал, прислонив голову к ее коленям, Юрьевский, также в облачении древнего грека, и торжествующе-злобно смотрел в сторону своего врага – Твердова. Более никого не было, но невидимые оркестр и хор по-прежнему исполняли свою дивную мелодию.
Это видение продолжалось несколько секунд. Потом свет опять померк, и наступила тьма.
„Где я? Какая безумная греза поразила мой мозг?“ – думал Твердов, а в темноте опять раздался голос Юрьевского:
– Царица, мой пленник будет завтра принесен тебе в жертву! Довольна ли ты? Любишь ли меня?