— Что же?
— Норманны и славяне, соединившись заодно, хотят идти в поход на Византию.
— Тогда я могу помочь им.
— Чем? Ты — женщина…
— Я столько лет прожила в Константинополе, знаю его прекрасно и могу дать указания, как найти там слабейшие места.
— Ты жаждешь мести?
— За отца!
— Это хорошо… Жизнь в Византии не изменила в тебе славянского духа, это я вижу…
— Отец, разве может что-либо в целом мире заставить славянина забыть, что в его жидах течет славянская кровь? Нет, нет, этого не может быть! Старик и все присутствующие одобрительно закивали головами. Им по сердцу пришлись такие пылкие речи молодой женщины, казавшейся в их глазах, после ее бегства из заповедного для них города, чуть ли не героиней.
— Ляг и отдохни, дочь моя! — вымолвил, наконец, старик. — По нашей славянской пословице утро всегда бывает мудренее вечера. Ты утомлена, и отдых тебе необходим. На утро мы решим, как должны будем поступить с тобой в этом случае.