Он знаком руки приказал всем выйти из хижины вслед за собой.
С Зоей осталась одна только старуха, жена старого рыбака, все время почему-то жалобно всхлипывающая при каждом слове молодой женщины.
Уже совсем стемнело, наступила ночь, а рыбаки не расходились. Они толковали, судили и рядили, как быть с их неожиданной гостьей.
— Отец, — вдруг отозвал в сторону старого рыбака один из сыновей.
— Что тебе, Прастень?
— Я хочу тебе сказать слово.
— Говори, я слушаю тебя…
— Зачем этой женщине ходить одной в Киев? На Днепре, ты сам это знаешь, очень неспокойно в последние дни.
— Но она идет к брату.
— Удержи ее всего несколько дней. До Киева недалеко, пошли меня или брата к Всеславу.