— Клянемся! Вовеки веков, пока Киев стоит, будем тебе верными! -кричал народ.
— Как мы забыть тебя можем, благодетеля нашего? Ведь ты от хазар нас избавил!
— Только оставь нам за себя кого-нибудь.
— Для этого я и созвал вас. За меня, пока мы будем в походе, пусть здесь останется Всеслав! Он будет править вами нашим именем, он будет творить над вами суд и милость.
— Князь, князь! Я не останусь здесь, я иду с тобой! — раздался голос Всеслава.
— Молчать! — вдруг, засверкав глазами, загремел на своего любимца Аскольд. — Я — князь, я приказываю, и ты ослушаться моей воли не посмеешь!…
Впервые видел таким князя Всеслав. Он невольно смутился и только мог пробормотать в свое оправдание:
— У меня дети там…
— Я приведу их тебе… Изока я знаю, а где он — там и сестра… Если им суждено остаться в живых, они будут возвращены тебе, — несколько смягчился Аскольд. — Ты нужен народу. Кто сумеет лучше тебя управиться с ним, оказать ему правду? Ты знаешь народ, знаешь и мои мысли, твое место здесь…
— Я повинуюсь твоей воле, князь… Пусть будет так, как ты желаешь, -опуская низко голову, отвечал на эти слова Всеслав.