— Уж будто?
— Право…
— А та, из-за которой наш великолепный порфирогенет столько времени забывает и нас, и пиры, и даже цирк?
— Что же она мне?
— А прошлое?
— Оно забыто!
— Так скоро?…
— Ты меня удивляешь, Марциан! Долго ли, скоро ли, но великолепная Ингерина теперь для меня недосягаема… Она стоит на такой высоте, что при одном взгляде на нее у меня может закружиться моя бедная голова.
— Ты не искренен…
— Я говорю, что чувствую… Она недосягаема для меня.