Из огня да в полымя
Козелок был бледен, измучен и дрожал так, что слышно было щелканье его зубов.
– Голубчики, братцы, благодетели мои, – лепетал он, – вытащите скорее меня!… Совсем мне невтерпеж… чувств я всяких от страха лишился…
– Погоди, поспеешь! Даром, что ли, мы мучались? – возразили чуть не в один голос Зуй и Метла. – Дай сторублевки достать.
– Нет их, нет сторублевок! – шепнул Козелок.
– Как так нет?…
– Да вот так и нет!… И Миньки нет… Убег он, проклятый, и деньги с собой унес…
На мгновение в могиле все стихло. Потом послышались шорох, возня.
– Да что же это такое? – раздался дрожащий голос Метлы. – Ведь не врет: пуста Минькина могила, гроб пустой… Да как же это так? Да разве может такое быть? Покойники забегали…
– Да неужто же пусто? – удивился Зуй. – Да как же это так? Козелок! Чего ты молчишь?