— Итак, господа, я извиняюсь за причиненное вам напрасно беспокойство, но признаюсь, никто из нас не ожидал таких необыкновенных торгов. Вас же, — обратился он к представителю Обуховского завода, — я попрошу остаться, чтобы передать вам чертежи и все необходимое.
Разочарованные представители сталелитейной промышленности молча потянулись к выходу. Толстый американец, дважды обиженный за свой грандиознейший в мире трест, не утерпел и пробормотал, так что все могли слышать:
— Какая нелепость: поручить самое славное предприятие 20-го века жалкой кузнице, именующей себя Обуховским заводом.
Агент этого последнего ответил подобной же колкостью, и, несомненно, возникла бы перебранка, если бы остальные агенты не поспешили увести возмущенного янки.
Окончив скучную и неприятную процедуру с заказом аппарата, члены строительной комиссии облегченно вздохнули и разошлись до следующего заседания.
Между тем произошли события, увеличившие предполагаемый состав экспедиции новым, четвертым членом.
Сергей Аракчеев, восхищенный остроумием, с которым его сестра разрешила вопрос о стенках вагона, в тот же вечер категорически объявил ей:
— Наташа! Отныне ты имеешь полное право принять участие в экспедиции. И, как раньше ты, так теперь и я говорю: «ты едешь на Венеру!»
— Я тебе это давно сказала, но ты мне не верил. Каким же образом думаешь ты это устроить?
— У тебя на этот счет есть, кажется, какой-то план? позволь же и мне не открывать своего, но дай carte blanche действовать, как я найду нужным.