Братоубийственная война обманутых польских солдат между собой во имя генеральских интересов сильно расшатала единство польской армии, и так не очень крепкое. Особенно резко отразилось это на офицерстве, и Пилсудскому пришлось начать заигрывать с офицерством, чтобы обеспечить себе на всякий случай поддержку. Удалив из армии своих явных врагов, Пилсудский увеличил офицерам жалование, предоставил им избирательное право в органы самоуправления и дал целый ряд преимуществ.
А чтобы предохранить себя от вспышек солдатского недовольства, Пилсудский еще крепче завинтил гайку дисциплины. О дисциплине был издан ряд приказов, и опять на первый план выступило полнейшее слепое подчинение солдата офицеру.
Но раз сознательность в выполнении воинских обязанностей отходит на задний план, то на первое место выступает страх, палка, чинопочитание. На этом страхе перед начальством и основывается дисциплина в польской армии.
Солдат и офицер
Газета «Вооруженная Польша» в одной из статей о культурно-просветительной работе в армии проговорилась:
«Не надо нажимать на наказания, так как рекрут и без того напуган».
Вот что рассказывает солдатский журнал «Польский солдат». Рассказывает от лица солдата, который «со смехом» разъясняет новобранцам казарменные порядки:
«Провинился я как-то. Зовет меня сержант и говорит:
— Станьте к печке и прокричите в душник 20 раз фразу: „Я не послушался начальника“. — Смеху-то сколько было».
Плохой это смех, издевательством от него пахнет. Солдаты-перебежчики рассказывают и о таких наказаниях: