— Ить казачья крепость" то оказалась, как ее возьмешь?..
Кончился бой. Идет сговор между старыми казаками «с носа по алтыну» — в кабак водку пить.
Жены недовольны. В открытые окна кабака гремит по всей станице слышная песня казачья. Услышит в той песне; казачка голос мужа, накинет платок и спешит выручать мужа из пьяной гульбы. И, если выручит — плати штраф — выставляй честной компании водку на два алтына…
В воскресенье, на масляной — отбой… На станичном майдане в круг поставлены столы и скамьи, навалена закуска — баранина, тарань, осетровые балыки, икра, соленые арбузы, хлебы, чего только нет! Стоят жбаны и сулеи с вином и пивом, с медами и винами заморскими из набегов привезенными. Ватаги собираются к столам со своими атаманами и знаменами… Женщины и дети стоят поодаль: — не место женщине на казачьей беседе…
Собрались, устроились за столами/ Станичный атаман встает и снимает шапку. Встают все казаки и обнажают головы. Седые, лысые, черноволосые головы с примасленными волосами блестят на зимнем низком солнце.
Разобрали чары. Примолк круг станичный. Атаман возглашает:
— Про здравие Царя и Великого Князя Московского!
Молча пьют. Хотя и теснит порою Москва и обижает вольных людей, называет их «татями» — не помнят той обиды казаки, знают за кого по степи стоят, где государское дело вершат.
— Про здравие Войскового Атамана!..
— В час добрый!..