2
Котлеан не приехал. Перед рассветом колоши напали на отряд Кускова, убили трех алеутов, изрубили несколько байдар. Кусков преследовал индейцев до самой крепости, и его лазутчики, взобравшись на деревья, видели за стенами форта большое оживление.
— Сот шесть народу, — закончил Кусков свой немногословный доклад,
В сумеречном свете каюты лицо Баранова казалось нездоровым, бледным. Он совсем не спал, всю ночь просидел на койке, не закрывая глаз. После вчерашнего случая с посланцем Лисянский заперся у себя в каюте, матросы торопливо уступали правителю дорогу, Павел куда-то скрылся. Только монах Гедеон ерошил свои жесткие усы и глядел в упор глубокосидящими, сверкающими глазами. Испуг у миссионера прошел, но он словно чего-то ждал.
— Иди, — сказал, наконец, Баранов Кускову. — Приводи своих людей под кекур. Заложу там новую крепость.
Весь день с кораблей перевозили запасные пушки, устанавливали их на камне-кекуре. Шестьдесят саженей в окружности, семьдесят футов высоты представлял собой этот островок из крепкого, сливного камня.
По лесу, примыкающему к берегу, время от времени «Нева» била картечью. Где-то вдали горел сухостой. Сизое марево тянулось к горам, металось воронье. Лес стоял глухой, настороженный, бесшумно валились срезанные осколками ветки.
К вечеру, на укрепленной посреди камня высокой мачте заполоскал на ветру трехцветный флаг. Пять залпов с кораблей, пять с верков новой крепости приветствовали символ Российской державы.