Глаза у Матвея, расширились, он до боли скрутил свою бороду и взглянул по сторонам. Увидел своего кудлатого врага, тихо поднялся и пошел по дороге к месту взрывных работ, словно боясь, что его окликнут.
Он все более ускорял шаги и встречные стали оглядываться — куда это так заторопился человек?
* * *
В тот же вечер парторг попробовал убедить молодого администратора. Глядел на него исподлобья и неуверенно называл на ты.
— Что ты вздумал Чуева выселять? Неправильно это! Эдак людей разгонишь!
— Видишь, товарищ Мартемьянов, — отвечал администратор, кусая ногти, — ты отвечаешь за партийную работу, а я — за организацию производства. Стоит ли тебе вмешиваться?
— Буду вмешиваться! — упрямо твердил Мартемьянов.
— Напрасно! Я знаю, что делаю. На рудник съезжаются приглашенные люди. Мы обязаны обеспечить их квартирой. И вот сотрудник, имеющий все права, будет ютиться в бараке, а какой-то сторонний занимать приисковый дом!
— Как сторонний? — возмутился парторг. — Лучший старатель, ударник и вдруг... сторонний!
— Хорош ударник! Выполняет пятнадцать процентов от плана!