— Торопись, — подгонял он себя, — и бил кайлою с плеча, — ой, торопись!
После резкой ссоры с Герасимом, противная сторона притихла. Разговоры умолкли, как по сигналу. Но в этом недобром молчании висела опасность и чувствовалась остро.
Нужно было одно, — работать и работать, чтобы быстрым успехом предупредить удар.
5
На прииск приехал сам управляющий, а с ним — представитель профсоюза, Батанов.
Василий обрадовался. Бросился с бригадной своей нуждой — с разведкой.
Сильно переменился сам за эти три месяца. Отпала его застенчивая улыбка и, о знакомой теперь золотой работе, говорил горячо и с болью.
— Вот мы в каком окружении! — закончил Василий и твердо взглянул на нового человека.
— Не волнуйтесь, товарищи, — с удовольствием ответил Батанов. — Перед самым отъездом я виделся с инженером. Он знает результаты бурения и видел пробы. Он очень доволен и считает, что разведку надо продолжить шурфами. Так что вы не волнуйтесь, никто вам мешать не станет!
К вечеру у конторы собрался народ из всех артелей. Только не было Мельгунова. Он неделю назад, как ушел в тайгу, на обычную свою одинокую работу.