— Так я и спросил твоего позволения! — полушутя возразил ей Полояров.
— Я этого не позволю, — повторила она еще с большей твердостью, расстанавливая слова.
— Почему ж это ты "не позволишь"? — слегка нахмурился Ардальон.
— Потому что это мой ребенок.
— Мой ребенок!.. он столько же и мой, как твой.
Нюта ответила на эти слова какой-то странной, почти презрительной усмешкой.
— А я скажу, — вмешалась акушерка, — что если уж сдавать маленького в Воспитательный, так лучше теперь сдавать, а то вы, Анна Петровна, пуще привыкнете к нему, тогда тяжелее будет. С непривычки-то всегда легче.
— Я уж привыкла, — сказала Нюта все тем же тоном, который выражал полную внутреннюю решимость.
— Хм!.. когда ж это ты успела привыкнуть? — с приятельской иронией заметил Полояров.
— С первой минуты.