Граф Сченсный неохотно, с гримасой, поднялся с места и вышел из шатра вместе со своим "майором".
— Послушайте, честный ли вы человек? — без дальних околичностей, серьезно и неуступчиво приступил к нему Бейгуш, с первого же слова.
— Что за вопрос, милостивый государь? — возразил граф, совсем уже готовый оскорбиться.
— Вопрос самый естественный ввиду того, что вы делаете. Вы забываете, что на вас лежит нравственная ответственность за судьбу всех этих людей; вы не позаботились даже окружиться цепью сторожевых ведетов; русские войска каждую минуту могут подойти и забрать нас врасплох.
— Но… но это, кажись, ваша бы забота, господин майор? — всхорохорился обиженный довудца. — И, признаюсь, мне очень странно, что вы приходите выговаривать мне за то, за что собственно я бы должен вам сделать выговор. Вам предоставлена власть, отчего вы не распоряжаетесь?
— Власть, которую однако вы на каждом шагу парализуете…
— Я?.. Сделайте одолжение, распоряжайтесь; я буду очень доволен.
— В таком случае, кончите сию же минуту вашу оргию, — решительно предложил Бейгуш. — Время начинать переправу; еще часа два, и уже будет поздно, а у нас ничего не готово…
— Ну, начинайте!.. Начинайте, господин майор! Я, кажется, не мешаю и не препятствую.
— Во-вторых, — продолжал Бейгуш, — удалите сию же минуту из лагеря всех этих барышень и их кавалеров.