— Н-ну? — И он весь превратился во внимание. Я показал ему рукой на вороньи гнезда:
— Что делает ворона после того, как проживет два года на свете?
— Сшто-о-о? — чуть не с ужасом и в величайшем недоумении выпучил он на меня глаза свои.
Я отчетливо и вразумительным тоном повторил ему загадку.
— Пазжволте, пазжволте, — тревожно перебил меня Шишка. — Зжвините, как вы гхаворитю? Сшто начинает изделать верона… Та-ак?
— Так, мой милый.
— Напосшлю того, як она будет переживать… Сшкольки годы, ви гхаворитю?
— Два.
— Ах, да!.. Двох годов… На своем жистю! Так?
— Совершенно верно.