Просил его себе открыть о Филомеле,
Где он княжну сию несчастную сокрыл.
Увы, мой дух себя подать ей помощь льстил,
Но просьбам сим не внял Терей бесчеловечный
И более являл стремления сердечны,
Которыми томим, терзаем и влеком,
Во злобе и в тоске он сей оставил дом.
Путей глаза его заблудшие искали,
От ярости из них слез токи истекали.
Последовать за ним во страхе я хотел.