— Однако, несчастные стоически выносят свое суровое наказание, — заметил Ардеа.
— Почему же — несчастные? Молодые и красивые малые скоро найдут себе покупательниц. А вот то старое животное могло бы остаться верным, так как ему несомненно придется просидеть с годик.
— Как? Целый год?
— Да, наказанный таким образом мужчина должен пробыть год в заключении, если его никто раньше не купит. Даже отец не может выкупить его; это право принадлежит одной только матери, и она чаще всего пользуется им, так как подобное заключение — большой позор для обоих семейств.
— Что же бывает с тем, кого по прошествии года никто не купит? Он возвращается обратно к жене?
— Нет! Его постегают слегка плетьми за то, что обеспокоил добрых людей, а потом отдают отцу или кому-нибудь из родственников, с обязательством содержать его, пока тот как-нибудь не устроится и не найдет возможности заработать кусок хлеба. Но идем же, — пора обедать и Потом вы отдохнете и оденетесь, так как мы отправимся на праздник сестры.
На возвратном пути Меру, с видимым любопытством всматривавшийся в Ардеа, спросил:
— К какому семейству раваллисов принадлежите вы? Мне знакомы почти все более или менее знатные у них роды?
— Меня усыновил Сагастос, но я очень мало знаю про свою семью. Мне известно только, что мой отец и мать умерли, и я воспитывался во Дворце магии, — уклончиво ответил Ардеа.
— Вы богаты? Впрочем, вы должны быть богаты, так как Сагастос принадлежит к одному из богатейших и знаменитейших родов страны. Меня очень удивляет, что вам так мало известны самые обычные и простые вещи у других народов?