— Так как ты приказываешь, моя славная повелительница, то я буду говорить и раскрою тебе неслыханные преступления, — сказал Саргон после минутного колебания. — Дело касается Нейты.
При имени Нейты царица вздрогнула и взор ее омрачился.
— Что ты узнал о ее судьбе?
— Она жива, но находится во власти Хоремсеба. Этот преступный человек владеет страшным неизвестным ядом. Он околдовал Нейту, и она пылает к нему страстной любовью. Сейчас он погрузил ее в волшебный сон. Неподвижная и бесчувственная, как труп, но живая, она уже несколько недель лежит во флигеле, скрытом в саду.
— Сознаешь ли ты всю важность подобного обвинения против одного из членов царского рода? — подозрительно спросил Тутмес. — Очень возможно, что такой красивый и обольстительный человек, как Хоремсеб, без всякого колдовства покорил сердце Нейты, и она добровольно последовала за ним. Может быть, она прячется в его дворце именно от тебя! Она никогда не любила тебя, а твоя дикая страсть уже подвергала опасности ее жизнь.
В темных глазах Саргона вспыхнула смертельная ненависть.
— То, что я говорю, я могу доказать, фараон. Переодевшись рабом, я пробрался в жилище князя, этого позора Египта. Я следил за ним и открыл его преступления и тайны. Я знаю, что под руководством старого мудреца он выращивает ядовитое растение, сок которого распространяет опьяняющий аромат. Кто вдыхает его, тот порабощается животными страстями. Он пропитывает этим ядом пурпурные розы и раздает их тем, в ком хочет возбудить к себе безумную любовь. На себе князь носит благоухания, непобедимо привлекающие к нему женщин. Насытившись их страданиями, он убивает несчастных и приносит их в жертву нечистому идолу, которому поклоняется, отвергнув богов своего народа. О, мой язык отказывается передавать все ужасы, свидетелем которых я был! На этот истинный след меня направила одна из жертв чародея, которой чудом удалось ускользнуть из рук Хоремсеба. Эту женщину зовут Нефтиса. Она помогала мне, и вот наша переписка за время, когда я был во дворце Хоремсеба, — добавил Саргон, устремляя насмешливо — иронический взгляд на Тутмеса, внезапно побледневшего и вздрогнувшего при имени Нефтисы.
— Расскажи подробно, что ты видел и узнал. Я хочу знать все, — сказала царица хриплым от волнения голосом и вырвала свитки папируса из рук Саргона, прежде чем тот успел преклонить колени.
С жестоким удовлетворением, заранее наслаждаясь приближавшейся местью, хетт очень коротко рассказал о признании Нефтисы, о составленном плане действий, в котором участвовали еще Изиса и Кениамун, о том, как он проник в мемфисский дворец. Зато в мельчайших подробностях описал все, что узнал о жизни Хоремсеба, о его отношениях с Таадаром, таинственным мудрецом и стражем проклятого растения, и о человеческих жертвах, которые они оба приносят Молоху. После всего он поведал о ночных праздниках и невероятных оргиях, которыми развлекался князь, заставляя присутствовать на них Нейту, несмотря на ужас несчастной, ставшей совершенно неузнаваемой.
— Несчастный ребенок! Наконец — то ты будешь освобождена и отомщена! — разразилась бурей бледная от волнения и гнева Хатасу. — Не теряя ни минуты, я прикажу арестовать этих мерзавцев и судить их за преступления, истощившие даже терпение бессмертных!