И горностай разглядел раненого зайца. Задняя нога до кости прокушена, на белый снег красная кровь течет. Плачет заяц, рыдает:
— Никогда я тебя не прощу, горностай! Я нечаянно тебе на спину упал.
— Ой, заяц, я нечаянно вас укусил! — отвечает горностай.
— А-а-а, а-а-а… Все равно не прощу! — И заяц на трех ногах в лес уполз.
Еще месяца не прошло, а горностай уже получил из леса письменный приказ: «В мой аил на суд сейчас же явитесь. Зайсан здешнего леса Темнобурый Медведь».
Круглое сердце у горностая стукнуло. Маленькие косточки со страха гнутся. Робко-робко входит он в большой аил. А там, рядом с хозяином, сидит весь, до самых глаз, забинтованный заяц. Медведь поднял пушистые ресницы и красно-желтыми глазами на горностая смотрит.
— Ты как смеешь кусаться?
Горностай — точно немой, только губами шевелит. Сердце в груди совсем не помещается.
— Я… я… охотился, — еле слышно прошептал он.
— На кого охотился?