— Русский, земляк твой, — ответил поспешно Никитин. — По слову русскому стосковался. Али не признал своего?
— Обличье не наше, — сказал русский.
Никитин вспомнил, что на нём персидский халат, сафьяновые красные сапоги из Шираза.
— Из дальних земель я, — сказал он. — А ты кто?
— Аль не видишь? — ответил тот, показывая вниз.
И тут только Никитин заметил кольцо на щиколотке русского, толстую цепь, змеёй извивавшуюся по канаве, и громадное каменное ядро на другом конце её.
— Неужели полоняник? — воскликнул Никитин.
— Полоняник, — ответил тот.
Так встретил Афанасий первого своего земляка на пути к родной стране.
Никитин жадно расспрашивал своего земляка о Руси. Это был крестьянин из глухой окраины Рязанского княжества. Два года назад татарские наездники захватили его в лесу. Он знал лишь дела рязанские да мельком слышал о делах великого князя Ивана Васильевича. Рязанец стосковался по родине. Сидя на краю канавы, он говорил Афанасию о своей семье, жене, детях.