Когда стало темнеть, он сказал Афанасию:
— Уходи, добрый человек! Скоро придёт хозяин — не дай бог, застанет тебя да подумает, что ты увезти меня задумал. Будет мне лютая мука, да и тебя схватят. Уходи от беды. Прощай!
Эту ночь Никитин провёл на улице, примостившись под стеной какого-то склада. На другой день набрёл он на подворье, где останавливались русские. Там застал он смоленских купцов. Они кончили торговать в Кафе и снаряжались в обратный путь. Никитин решил ехать с ними.
Русь Литовская
Русские чаще всего возвращались на родину из Кафы старым Муравским шляхом: на Перекоп, Молочные Воды, Конские Воды, Овечьи Воды, верховья реки Орель.
Но на этот раз смоленские купцы не решились идти Муравским шляхом.
— В нынешнем году, — говорили они, — неурожай в Крыму, а в орде усобицы. Без того не будет, чтобы не казаковать в Диком Поле татарам. Надо иного пути искать!
Решили податься к Днепру, на Правобережную Украину, а оттуда на Смоленск.
Никитин снарядился в зимнюю дорогу: купил татарского коня, тулуп, тёплую барашковую шапку.
В конце декабря купцы покинули Кафу. Скоро началась крымская степь. Холодный ветер гудел над пустой равниной. В Перекопе стояла татарская застава. Купцы заплатили пошлину за выход из Крыма и вступили в Дикое Поле.