Дойдя до вершины, откуда в последний раз можно было видеть место упокоения Азы, все невольно обернулись, как будто прощаясь с ним. Глаз уже не различал маленького холма земли, набросанного над его останками, но — ужасное зрелище! — его местонахождение можно было узнать по хищным птицам, летавшим вокруг. С противоположной стороны маленькая, синеватая гора на краю горизонта указывала на место, где Эстер оставила своих младших детей; оно обладало притягивающей силой, заставившей ее, хотя неохотно, покинуть могилу старшего сына. При виде этой горы природа заговорила в сердце матери, и, наконец, любовь к живым взяла верх над сожалением об умершем.
Описанные нами события, внезапно поразившие людей холодного, бесчувственного характера, грубых и необразованных, вызвали в них искру, которая помогла им сохранить почти потухший огонь семейной любви. Молодые люди были связаны с родителями только силой привычки, и Измаил предвидел, что слишком полному улью грозит опасность, что рои вскоре вылетят из него, и ему, Измаилу, придется заботиться о нуждах младших членов семьи, которые не могут быть полезны ему без помощи достигших уже взрослого возраста. Дух неповиновения, высказанный несчастным Азой, распространился между его молодыми братьями, и Измаил невольно с тяжелым чувством припоминал время, когда он сам в полном расцвете неразумной молодости покинул своего старого отца, свободный от всяких уз. Но теперь эта опасность прошла, по крайней мере, на некоторое время, и если власть отца не вернула себе всего прежнего значения, то ясно было, что она все же признается и может заставить уважать себя еще несколько времени.
Празда, в тупых умах сыновей Измаила, хотя и поддавшихся впечатлению только что совершившегося события, сохранились проблески ужасных подозрений насчет того, как был убит их старший брат. В воображении двух-трех из старших мелькали смутные, неясные представления об отце. Но образы эти были так мимолетны и появлялись в таких густых облаках, что не оставили сильного впечатления, и, в общем, как мы уже говорили, это событие не только не ослабило авторитета Измаила, но даже укрепило его.
Маленькая кучка переселенцев двигалась к месту, откуда вышла утром на поиски, закончившиеся таким роковым успехом. Продолжительный, бесполезный переход, сделанный ими по указаниям Абирама, находка трупа Азы и работа, необходимая для его погребения, — все это заняло столько времени, что солнце стояло уже низко над горизонтом, когда переселенцы отправились в путь по пустынной местности, отделявшей могилу Азы от утеса. По мере того, как они подходили ближе, утес подымался перед их глазами, словно башня, выходящая из лона волн. А когда они были на расстоянии одной мили от него, малейшие предметы на его вершине начали выясняться все более и более.
— Наше возвращение будет печально для наших дочерей, — сказал скваттер. Он нарочно произносил время от времени несколько слов, которые, как он думал, могли дать утешение его старой, убитой горем подруге. — Аза был любимцем всех наших младших, он редко возвращался с охоты, не принеся чего-нибудь приятного для них.
— Это правда! — вскрикнула Эстер. — Аза был перл нашей семьи, другие мои дети ничто в сравнении с ним.
— Не говори так, моя милая, — сказал муж, оборачиваясь и с гордостью окидывая взглядом группу молодых атлетов, шедших на некотором расстоянии от родителей, — не говори так, моя старая Эстер: мало отцов и матерей могут так гордиться своими детьми, как мы.
— Быть благодарными, Измаил, благодарными, — смиренно проговорила Эстер; — ты хочешь сказать, что мы должны быть благодарными.
— Ну, хорошо, быть благодарными, если это тебе больше нравится, старая Эстер. Но где же Нелли и дети? Дурочка забыла обязанности, которые я возложил на нее. Она не только позволила детям лечь спать, но и сама в эту минуту видит во сне тенессийские поля. Душа твоей племянницы осталась там, Эстер.
— Да, она не из наших. Я говорила и думала это, беря ее к себе, когда смерть лишила ее всех остальных родственников. Смерть производит страшные опустошения в семьях, Измаил. Аза с удовольствием смотрел на нее, и со временем они могли бы занять наше место.