— Я видел признаки перемены ветра, — ответил Уильдер.
— Да, — вмешался Найтгед хриплым голосом;- как-раз в такую же ночь я видел, как бездна поглотила «Везувий». Видите вы этот сероватый свет, — продолжал он, — который движется на нас? Скажите мне, идет ли он со стороны Америки, или же от неизвестного корабля, который, неизвестно зачем, так долго оставался у нас под ветром, а теперь взял курс на нас или, по крайней мере, готов взять?
— Ах, капитан Уильдер, — произнес Эринг, — я охотно отдал бы арматорам мое жалованье за последний месяц, хотя заработал его в поте лица, чтобы только узнать, под каким флагом идет это неизвестное судно?
— Француз, испанец или дьявол, — вот кто идет! — вскричал Уильдер. Потом, повернувшись к безмолвному и внимательному экипажу, он крикнул полным энергии голосом:
— Притяните реи вперед! Притяните, мои друзья, крепче и сильнее!
Это был крик, понятный экипажу. Все нервы и мускулы напряглись, чтобы встретить наступающую бурю. Никто не произнес ни слова. Все удесятерили усилия, соперничая друг с другом. Нельзя было терять ни минуты, не было руки, которая не была бы необходима, у которой не было бы дела. Прозрачный роковой туман, уже четверть часа тому назад собравшийся на северо-западе, со стремительностью летел теперь на них. Вот послышался глухой, страшный рокот океана, и его поверхность покрылась блестящей пеной. Через минуту бешеный ветер всей силой налетел на корабль.
Уильдер хотел воспользоваться слабой возможностью поставить корабль под ветром, но это не удалось.
«Каролина» храбро выдержала толчок. На один миг она уступила силе урагана, и ее борт почти покрылся водою. Дважды ее большие мачты опускались и дважды грациозно подымались. Наконец, они уступили, и судно легло на воду.
— Бегите за топором! — крикнул Уильдер, хватая Эринга за руку.
Лейтенант повиновался.