— В море интригана! В море его!
Но в эту минуту два человека одним прыжком оказались между Уильдером и его врагами. Одним ударом Фид свалил матроса. Негр последовал примеру товарища.
— Назад, негодяи! — кричал Фид, обрушивая страшные удары направо и налево. — Стыда у вас нет бросаться всем на одного! И на кого? На вашего офицера, такого офицера, какого вы никогда в жизни не видели!
— Уйдите, — закричал Уильдер, бросаясь между своими защитниками и врагами, — уйдите и оставьте меня одного с этими негодяями!
— В море! В море его и двух негодяев, которые его защищают! — кричали матросы. — Бросить их всех в море!
— Вы все будете молчать и смотреть, как на ваших глазах совершится ужасное злодейство? — вскричала мистрис Уиллис, бросаясь к Корсару и хватая его за плечо.
Он вздрогнул, как человек, внезапно пробужденный от глубокого сна, и пристально посмотрел на нее.
— Смотрите, — сказала она, указывая ему на бешеную толпу на палубе, — смотрите, они убивают вашего офицера, и нет никого, кто бы помог ему!
Покрывавшая лицо Корсара бледность исчезла, лишь только он взглянул на происходившую сцену. Он тотчас понял, что происходит, и его лицо вспыхнуло, словно вся кровь бросилась ему в голову. Он схватил висевшую на снасти веревку и одним прыжком очутился среди толпы. Толпа раздалась на обе стороны, и глубокое, мгновенное молчание сменило шумные крики. Жестом приказав молчать, Корсар начал говорить, и голос его был менее громок и угрожающ, чем обыкновенно, но вместе с тем ни один оттенок его не остался непонятым самыми отдаленными слушателями.
— Возмущение? — говорил он с выражением презрения и иронии. — Возмущение явное, открытое, наглое, жаждущее крови? Вы устали жить, бездельники? Есть ли среди вас кто-нибудь, кто пожелает подать первый пример? Пусть он скажет, пусть посмотрит мне в лицо или осмелится показать мне жестом, знаком, движением, что он существует.