— Чорт возьми! Черномазый идиот! Хотя, ваша милость, у них Африка не изобилует церквами, но спутать мачту с колокольней для моряка… Нет, Сципион, если у тебя нет собственного самолюбия и уважения к друзьям, то его-то милости скажи…
— Довольно! — прервал Корсар. — Возьмите вы трубу и скажите ваше мнение о корабле.
Фид почтительно поклонился, взял трубу и долго внимательно рассматривал предмет; потом глубоко задумался, как бы собираясь с мыслями для ответа, и только табачная жвачка перемещалась у него с одной стороны рта на другую. Повидимому, он делал большое умственное усилие, соображая что-то.
— Я ожидаю вашего ответа, — повторил капитан, считая, что уже прошло достаточно времени для того, чтобы обдумать ответ.
— Я просил бы вашу милость, если это не затруднит вас, сказать мне, какое сегодня число и какой день недели?
Он тотчас же получил ответ.
— Мы выехали при зюд-осте; к ночи начал дуть норд-вест, и дул так целую неделю; потом нас потрепал денек шторм, и вслед за этим, когда мы достигли этих вод, море все время оставалось спокойным, как пьяница перед бутылкой водки.
На этом месте матрос замолчал, продолжая жевать табак.
— Но что вы думаете об этом корабле? — спросил Корсар с некоторым нетерпением.
— Что перед нами корабль, а не церковь, в этом нет сомнения, — отвечал Фид решительным тоном.