— Красный Корсар! — прошептала его жена, невольно отодвигаясь от носилок.
— Красный Корсар! — вскричал ее сын, подходя ближе к носилкам под влиянием непреодолимого любопытства.
— Наконец-то его припечатали! — дерзко сказал Ричард, приближаясь к группе, стоящей около носилок. В руках у него были щипцы. Он все время делал вид, что поправляет огонь в камине, чтобы иметь предлог не уходить из комнаты.
Когда все немного оправились от неожиданности, больной начал:
— Война заставила меня покинуть мое уединение. Америка нуждалась в нас обоих, и мы оба послужили ей. Сестра, друг мой! Прости меня!..
— Уильдер! — вдруг вскричал умирающий с необычайною силою. — Уильдер!
Все глаза жадно впились в него. В руках раненого был сверток, на котором, как на подушке, покоилась прежде его голова.
Он сделал последнее усилие, приподнялся немного и вдруг развернул сверток. Присутствующие увидели перед собою знамя независимости с рассыпанными по голубому полю звездами.
— Уильдер, — повторил он с улыбкой, — мы победили!
С этими словами он упал обратно в носилки и остался неподвижным. Торжествующее выражение его лица перешло в тихое спокойствие смерти.