— Строго говоря, я видел лишь одного матроса, так как на борту был всего один человек.
— А чем он был занят?
— Кажется, спал. Это ленивый корабль, и, я думаю, он стоит арматорам дороже, чем приносит дохода.
— Возможно. Ну, негодяй ускользнул. Мистер Эринг, появились все признаки ветра с моря. Мы снова поставим наши паруса. Я в восторге, что мы можем увидеть закат солнца в море.
Оба лейтенанта и весь экипаж с жаром принялись за работу. В это время Уильдер обернулся к мистрис Уиллис, которая слышала его короткий разговор с лейтенантом.
— Видите, сударыня, наше путешествие начинается не без предзнаменований.
— Когда вы говорите мне с той особенной искренностью, которою вы иногда обладаете, непостижимый молодой человек, — ответила она, — что мы неблагоразумно доверяемся океану на этом судне, я почти готова верить вашим словам. Но когда вы прибегаете к помощи недоговоренностей, чтобы подкрепить ваше мнение, вы только укрепляете меня в моем решении.
— Люди, к кабестану[17]! — вскричал Уильдер таким тоном, словно хотел сказать своим собеседницам:- Вам еще придется испытать последствия вашего решения!
Началась трудная работа поднятия тяжелого якоря из глубины моря, и через несколько минут корабль осободился от цепей, приковавших его к дну. Верхние паруса были развернуты, нижние упали, и не прошло десяти минут, как «Каролина» запенила волны.
На этот раз «Каролина» приблизилась к невольничьему кораблю более удачно. Когда она проходила мимо, на корме невольничьего корабля показался человек в форме морского офицера и помахал в воздухе в знак приветствия своей фуражкой. Ветер растрепал волосы этого человека, и Уильдер узнал в нем Корсара.