Сесиль опустила глаза и закрыла руками вспыхнувшее яркимъ румянцемъ лицо. Потомъ, по женскому обычаю, залилась слезами. Впрочемъ, эти слезы молодой маіоръ скоро сумѣлъ осушить…
— Вы прочли мое письмо на другой же день послѣ битвы? — спросилъ Ліонель свою возлюбленную.
— Да. Вы распорядились, чтобы письмо было мнѣ передано только въ томъ случаѣ, если васъ убьютъ, но вы были все это время въ такомъ положеніи, которое не лучше смерти. Ахъ, какой ужасъ мы пережили!
— Не будемъ больше никогда о немъ вспоминать, Сесиль. Впереди насъ ждетъ здоровье и счастье. Я съ своей стороны всѣ силы употреблю, чтобы сдѣлать васъ счастливой.
— Я это знаю, Линкольнъ, и вѣрю вамъ вполнѣ.
Ліонель тихо привлекъ ее къ себѣ, не встрѣчая сопротивленія, и обнялъ. На лѣстницѣ послышались шати. Сесиль быстро встала и, не поворачивая къ Ліонелю своего покраснѣвшаго лица, выбѣжала вонъ.
Глава XVIІІ
…Онъ мертвъ! Б'юсь объ закладъ, готовъ дукатъ проспорить, Что мертвый онъ! Шекспиръ. «Гамлетъ».
По лѣстницѣ, между тѣмъ, все кто-то поднимался тяжелой поступью, какъ бы опираясь на костыли. Противъ той двери, въ которую скрылась Сесиль, отворилась другая дверь, и кто-то дружески окликнулъ Ліонеля.
— Да благословитъ васъ Богъ, Ліонель, и да благословитъ Онъ всѣхъ насъ, потому что мы всѣ въ этомъ такъ нуждаемся! — говорилъ Польвартъ, торопясь подойти къ Ліонелю, чтобы взятъ это руку, которую тотъ протянулъ. Мнѣ сказалъ Меритонъ, что вамъ лучше, что вамъ даже совсѣмъ хорошо, потому что у васъ явился настоящій аппетитъ. Я по лѣстницѣ бѣжалъ такъ, что чуть не сломалъ себѣ шею, чтобы только поскорѣе васъ увидать, но дорогой заглянулъ на минутку въ кухню, не спросясь даже у мистриссъ Лечмеръ, чтобы показать ея поварихѣ, какъ нужно по-настоящему готовить бифштексъ, который вамъ собираются подать. Превосходная это вещь — бифштексъ. Питательнѣйшая пища! Самая полезная послѣ такого долгаго сна! Да благословитъ васъ Богъ, Линкольнъ! Живой блескъ вашихъ тлазъ подбадриваетъ мнѣ душу. Онъ для нея все равно, что кайеннскій перецъ для желудка.