— Что-нибудь затѣвается? — спросилъ Ширфляйгтъ, подставляя гостю стулъ, на который Меритонъ молча сѣлъ, и самъ садясь на другой. — Я такъ и подумалъ, когда капитанъ вернулся голодный, какъ волкъ, между тѣмъ какъ онъ передъ тѣмъ надѣлъ парадный мундиръ, чтобы ѣхать на ужинъ къ вашимъ господамъ.
— Не то, что затѣвается, а уже затѣялось и сдѣлалось. Мой баринъ сегодня вечеромъ обвѣячался въ королевской капеллѣ.
— Обвѣнчался! Ну, съ нами, слава Богу, такого несчастья еще не случилось. Будетъ ужъ того, что намъ отрѣзали ногу. Я бы ни за что не остался жить у женатаго барина. Помилуйте, мистеръ Меритонъ, вѣдь тотда получается двое господъ: одинъ въ штанахъ, другой въ юбкѣ. Съ меня достаточно одного.
— Все зависитъ, Ширфляйнтъ, отъ общественнаго положенія, какое занимаютъ господа, — возразилъ Меритонъ, принимая сострадательный видъ по отновгенію къ собесѣднику. — Разумѣется, армейскому капитану, если онъ всего только армейскій капитанъ, жениться было бы безуміемъ. Но вѣдь у насъ замокъ Рэвенсклиффъ и домъ на Сого-Скверѣ, мы со временемъ баронетами будемъ и будемъ получать пятнадцать тысячъ годового дохода. Это разница.
— Не пятнадцать тысячъ, мистеръ Меритонъ, — съ явнымъ неудовольствіемъ возразилъ лакей Польварта, — а всего только десять, я слышалъ.
— Ну вотъ еще! Я вамъ самъ могу насчитать больше десяти, а въ дѣйствительности, я увѣренъ, наберется еще больше.
— А, да не все ли равно, пусть будетъ хоть двадцать тысячъ! — съ сердцемъ воскликнулъ Ширфляйнтъ, вставая и принимаясь мѣшать головешки въ каминѣ. — Только вѣдь это нисколько не поможетъ вамъ исполнить порученное вамъ дѣло, мистеръ Меритонъ. Вы должны вспомнвть, что у лакеевъ при бѣдныхъ армейскихъ капитанахъ помощниковъ нѣтъ, и что имъ тоже нуженъ отдыхъ. Что вамъ угодно, мистеръ Меритонъ?
— Мнѣ нужно повидаться съ вашимъ бариномъ, Ширфляйнтъ.
— Это невозможно! Онъ спитъ подъ пятью одѣялами. и если я трону изъ нихъ хотя одно, я потеряю мѣсто.
— Въ такомъ случаѣ я самъ это сдѣлаю, потому что видѣть его мнѣ необходимо. Онъ въ какой комнатѣ? Вотъ въ этой?