— Ширфляйнтъ, — распоряжался онъ вмѣстѣ съ тѣмъ, — положи дровъ на огонь и приготовь мнѣ горячихъ углей, да устрой мнѣ вотъ изъ лопатки и щипцовъ что-нибудь вродѣ тагана. Прости Ты мнѣ, Господи, что я питалъ мстительные замыслы противъ человѣка, который терпитъ величайшее изъ бѣдствій на землѣ — голодъ! Да что же ты, не слышишь, что ли, Ширфляйнтъ? Положи на огонь дровъ, приготовь горячихъ угольевъ. Я буду готовъ черезъ минуту.
— Сэръ, здѣсь во всемъ домѣ нѣтъ ни кусочка дровъ. Не найдется даже на зажигательжую свѣчку. Въ Бостонѣ тоже дрова на улицахъ же валяются.
— Гдѣ у васъ хранятся дрова, добрая женщина? — спросилъ Польвартъ, не замѣчая, что онъ говоритъ съ Абигаилью такимъ же грубымъ тономъ, какъ со своимъ лакеемъ. — У меня все готово. Мнѣ нужно теперь только дровъ.
— У меня ихъ нѣтъ ни одного полѣна, — отвѣчала Абигажль тономъ мрачной покорности судьбѣ. — Божій судъ поразилъ меня сразу со всѣхъ сторонъ.
— Ни пищи! Ни дровъ! — съ трудомъ могъ выговорить Польвартъ.
Онъ провелъ рукой по глазамъ и крикнулъ умышленно грубымъ голосомъ, чтобы скрыть свое волненіе.
— Ширфляйнтъ! Ступай скорѣе сюда, анаѳема! Отвязывай мою ногу!
ІПирфляйнтъ поглядѣлъ на него съ изумленіемъ, но капитанъ сдѣлалъ нетерпѣливый жестъ — и лакей поспѣшилъ исполнить приказаніе.
— Хорошо, — сказалъ Польвартъ. — Теперь расколи ее на десять кусковъ. Дерево сухое, угли сейчасъ же получатся. A нога — что такое нога для повара? Повару нужны руки, глаза, носъ, ротъ, а безъ ногъ онъ можетъ обойтись даже безъ обѣихъ, не то что безъ одной.
Говоря все это, капитанъ-философъ сидѣлъ спокойно на скамейкѣ и наблюдалъ, какъ его помощникъ готовилъ ему огонь и жаръ для жаренія ветчины.