Ей опять помѣшалъ договорить тихо вошедшій въ комнату Ральфъ. Старость, худоба и беззвучныя движенія дѣлали его вообще похожимъ на существо изъ другого міра. Онъ несъ въ рукахъ плащъ и шляпу, которые Сесыь сейчасъ же узнала: они принадлежали незнакомцу, который былъ ея спутникомъ въ эту тревожную ночь, полную для нея самыхъ разнообразныхъ переживаніи и приключеній.
— Въ этомъ костюмѣ для васъ заключается свобода, — сказалъ Ральфъ съ выразительной улыбкой. — Надѣвайте, молодой человѣкъ, и вы будете свободны.
— Не вѣрьте! Не слушайте! — вполголоса сказала Сесиль, съ ужасомъ отодвигаясь отъ Ральфа. — Или нѣтъ, я ошиблась. Слушайтесь его, но только будьте осторожны.
— На что мнѣ эта одежда? — спросилъ Ліонель. — Ужъ если унижаться до переодѣванія, то надобно, по крайней мѣрѣ, быть увѣреннымъ, что получится успѣхъ.
— Молодой человѣкъ! Взгляни на это живое изображеніе невинности и страха, которое находится подлѣ тебя, и если не ради себя, то ради нея — бѣги, бѣги сейчасъ же, чтобы спастись. Черезъ минуту будетъ, пожалуй, уже поздно.
— Бѣгите, Линкольнъ, бѣгите, не думайте обо мнѣ! — воскликнула Сесиль, разомъ перемѣняя мнѣніе подъ вліяніемъ новаго импульса. — Я останусь одна. Мой полъ, мое имя будутъ мнѣ…
— Ни за что въ мірѣ! — вскричалъ Линкольнъ, съ презрѣніемъ отталкивая одежду, которую подавалъ ему старикъ. — Я уже покинулъ васъ одинъ разъ, когда смерть только что похитила свою жертву, но пусть она поразитъ меня самого прежде, чѣмъ я сдѣлаю что-нибудь подобное въ другой разъ.
— Я потомъ васъ догоню.
— Вамъ и не придется разлучаться, — сказалъ Ральфъ, развертывая нлащъ и накидывая его на плечи Ліонелю, который не сопротивлялся, уступая настойчивости старика и жены. — Оставайтесь здѣсь, покуда я васъ не позову, а ты, нѣжный цвѣтокъ невинности и любви, ступай за мной и раздѣли со мной честь освобожденія того, кто сдѣлалъ тебя своей невольницей.
Отъ этихъ сильныхъ выраженій старика лицо Сесили покрылось дѣвственной краской, но она покорно наклонила голову въ знакъ согласія. Старикъ пошелъ къ дверямъ, сдѣлавъ ей знакъ, чтобы она шла за нимъ, а Ліонелю, чтобы онъ оставался.