— Джобъ, твоя ученость тебя погубитъ. Кто это тебя начинилъ такими юридическими познаніями?
— Вы думаете, что въ Бостонѣ всѣ такіе простецы, что и законовъ не знаютъ? — искренно удивился Джобъ. — Да одинъ Ральфъ знаетъ ихъ не хуже самого короля. Онъ говоритъ, что никакой законъ не разрѣшаетъ стрѣлять въ «скороспѣлыхъ», если они первые не начнутъ стрѣлять, потому что они мѣстная милиція и имѣютъ право заниматься воинскими упражненіями, когда имъ угодно.
— Ральфъ! — съ живостью воскликнулъ Ліонелъ. — Неужели онъ здѣсь? Этого быть не можетъ. Я его оставилъ совсѣмъ больного въ Бостонѣ. Да и не подъ-лѣта ему мѣшаться въ такія дѣла.
Джобъ отвѣчалъ уклончиво.
— Я полагаю, Ральфъ видѣлъ войска и почище вашей легкой пѣхоты и вашихъ гренадеръ, а также и тѣхъ солдатъ, которые остались въ Бостонѣ.
Ліонель вовсе не намѣревался воспользоваться наивностью Джоба и донять его вопросами такъ, чтобы онъ проговорился о чемъ-нибудь особенно важномъ для заговорщиковъ, но ему хотѣлось, во-первыхъ, узнать что-нибудь о старикѣ, а во-вторыхъ, отклонить самого Джоба отъ опаснаго сообщества. Но Джобъ ловко увертывался отъ прямыхъ отвѣтовъ, проявляя большую хитрость и сообразительность.
— Повторяю, мнѣ необходимо повидаться съ человѣкомъ, котораго ты называешь Ральфомъ, — сказалъ Ліонель, — и я желалъ бы знать, не здѣсь ли онъ?
— Ральфъ презираетъ ложь, — отвѣчалъ Джобъ. — Идите туда, гдѣ онъ обѣщался съ вами встрѣтиться, и вы его увидите.
— Онъ мнѣ не назначилъ мѣста, а этотъ несчастный случай могъ его смутить, испугать…
— Ужъ и испугать! — повторилъ Джобъ, недовѣрчиво качая головой. — Не такой человѣкъ Ральфъ, чтобы чего-нибудь испугаться.