Присутствующие дамы были очарованы его наружностью. Им казалось, что со стороны Колумба, стоящего на склоне лет, не удивительно было рисковать жизнью ради возможности открытия новых неведомых стран, но подобная решимость со стороны юного красавца, дона Луи, казалась им непонятным подвигом.
— Не все молодые люди руководствуются в своей страсти скитаться по чужим странам и морям глубокими побуждениями, — сказала донья Инеса. — Я знаю, например, из писем моих друзей, одного сеньора, дона Луи де-Бобадилья, графа де-Лиерра, который предается непристойному его званию бродяжничеству без всякой предопределенной цели и тем возбуждает неудовольствие не только своих родственников и правителей, но даже вредит себе в своих любовных делах, в мнении той особы, которую он любит.
— Но, сеньора, — возразила одна красивая молодая дама, — говорят, что молодой граф хотя и любит скитаться по свету, но он отважен и мужествен. А вам известно также имя той особы, которую он любит?
— Мне писали, что это — донья Мариа де-Лас Мерседес де-Вадьверде, красивейшая девушка.
— И это действительно так! — воскликнул дон Луи.
— Вот как? Так вы ее знаете, сеньор?
— Я ее видел, и этого достаточно! Но вам, сеньора, может, известно также, что сталось с ее недостойным поклонником?
— Говорят, что он снова покинул Испанию. Никому не известно, куда он уехал; быть может, он участвует в каких-нибудь неблаговидных пиратских подвигах где-нибудь на востоке, — прибавила уже от себя донья Инеса, после чего разговор перешел на иные темы, и немного спустя адмирал и сопровождавшие его лица удалились, чтобы вернуться на свои суда.
— Право, дон Христофор, часто люди приобретают громкую репутацию, сами того не подозревая, — сказал Луи, идя вместе с своим адмиралом к берегу, где их должна была ожидать шлюпка. — И если вашему превосходительству посчастливится, благодаря этой экспедиции, прославиться хоть наполовину так, как прославился я своими подвигами и путешествиями, то можно будет сказать с уверенностью, что ваше имя не будет забыто потомством.
Адмирал и его спутник подошли к берегу; вдруг Колумб заметил, что какой-то человек поджидал их и теперь незаметно старался приблизиться к ним.