И Колумб приказал, чтобы вся эскадра шла на юго-юго-запад, по указанию птиц, очевидно, летевших в этом направлении к берегу. Адмирал намеревался итти в этом направлении в продолжение двух суток, затем снова вернуться к своей прежней дороге. Между тем, снова стали появляться совершенно свежие травы и целые стаи береговых птиц, между прочим, даже утки.
Так прошел день восьмого октября; следующий за ним день отличался от предыдущего только тем, что ветер изменился и стал дуть в противном направлении, что отчасти успокоило экипаж, начинавший опасаться, что здесь ветры дуют всегда только с востока.
Десятого октября 1492 года, когда солнце взошло, ветер был свежий, суда шли со скоростью девяти узлов в час; признаки близости земли заметно умножились, и крики: «Земля! Земля!» не раз раздавались на всех трех судах. Но Колумб приказал объявить, что тот, кто без достаточного основания крикнет «земля», лишится обещанной награды даже в том случае, если бы впоследствии случилось и заслужить ее. Все стали осторожнее.
— Смотри, Санчо, там, на краю горизонта, видишь волнообразную линию? Уж не земля ли это? — сказал шопотом Пэпэ старому Санчо.
— Нет, нет, приятель, нынче на закате мы еще не увидим земли! Наш мудрый адмирал, может быть, и прав, но до сих пор все его доказательства заключались в его умных речах!
— Как, Санчо, неужели и ты теперь против адмирала?
— Я не могу быть против человека, чьи дублоны за меня! Это значило бы поссориться со своим лучшим другом, то-есть с деньгами. Кроме того, дон Христофор, без сомнения, человек очень ученый и, по-моему, уже доказал нам достаточно ясно, что земля кругла, как он утверждал, потому что если бы она была ровной лепешкой, то на краю ее не могло бы быть такого громадного пространства воды, иначе эта вода непременно стекла бы. Понимаешь?
— Да, как же, это весьма понятно!
— Но, скажи на милость, что там происходит на палубе? Какая муха укусила наших матросов?
— Эй, да там как-будто слышатся ропот и угрозы! — заметил Пэпэ.