— И ваши искания увенчались бы успехом! Пушечное ядро легко может долететь отсюда до того места, где теперь мирно стоит на якоре моя бригантина.
— Не может быть, чтобы вы пришли туда днем! Когда смеркалось, мы никого не видели, кроме двух неприятельских кораблей.
— Мы ни шагу не сделали с тех пор, как укрылись в бухте, лежащей на северной стороне этого острова. Отсюда до бухты не больше одной морской мили. С горы, расположенной на восточной половине острова, я следил за вашей энергичной расправой, капитан Лудлов, и могу уверить вас, что сердцем был с вами, хотя я и контрабандист. Есть чувства, над которыми бессильны всякие таможенные власти.
— Вы удачно выразились! Без хвастовства скажу, что «Кокетка» вела себя сегодня отлично. Думаю, что и такой искусный моряк, как вы, не станете отрицать этого.
— Лоцман не так уверенно и искусно направляет свою лодку, как вы управляли своим кораблем, капитан Лудлов! Я знал слабость вашего экипажа, так как недостаток у вас матросов для меня не тайна, и, признаюсь, много бы я дал за то, чтобы только иметь возможность явиться к вам с несколькими моими молодцами.
— Человек, одушевленный такими чувствами, должен был избрать себе иное занятие, чем то, которое вы избрали.
— Все это было бы так, если бы не было несправедливости, насилия… Впрочем, теперь неуместны подобные рассуждения. Будем смотреть на все происшедшее между нами, как на откровенность, правда, грубую, но которую иногда позволяют себе друзья. Капитан Лудлов, с той стороны, с моря, на вас идет гроза!
— На чем основываете вы свои подозрения?
— Я был вблизи ваших врагов и сам видел их грозные приготовления. Я знаю, что имею дело с храбрецом, и нисколько не преувеличиваю. Вы должны собрать все ваши силы, так как ваши враги накинутся на вас в огромном количестве.
— Правда ли это или нет, но ваши слова будут приняты к сведению.