— Запишите объявленіе невинности, сказалъ судья, видимо тронутый дѣтскимъ простодушіемъ стараго охотника.
Потомъ при вторичномъ обвиненіи, послѣдовала присяга свидѣтелей, затѣмъ было объявлено подозрѣніе, по которому былъ арестованъ Натти, обвиненіе, передача полномочія и присяга Билли, которая была сдѣлана по формѣ законовъ. Наконецъ прибавили, какъ Билли былъ принять Кожанымъ-Чулкомъ, и ясно доказали, что Натти грозилъ выстрѣлить, если онъ исполнитъ свое порученіе. Все это было подтверждено Іотаномъ; затѣмъ и порубщика потребовали къ периламъ.
Билли далъ довольно запутанное объясненіе, такъ что Шооль долженъ былъ помочь ему нѣсколькими вопросами.
— Вы требовали по закону войти въ хижину Натти, какъ видно изъ бумагъ? Можетъ быть, вы были удержаны въ исполненіи вашего порученія его угрозами и страхомъ ружья?
— Я нисколько не заботился о его ружьѣ, отвѣтилъ Билли: развѣ можетъ застращать меня старый Кожаный-Чулокъ?
— Однако, передъ этимъ вы сказали, будто думали, что онъ хочетъ стрѣлять въ васъ.
— Да, я думалъ это, и надѣюсь, что и съ вами было бы то же, господинъ стряпчій, если бы вы увидѣли, какъ онъ прицѣлился, и какъ при этомъ сверкали глаза его. Но я все-таки предполагалъ, что онъ хочетъ лишь запугать меня, a потому и покончилъ дѣло. Кожаный-Чулокъ далъ мнѣ кожу, и такимъ образомъ все дѣло уладилось.
— Да, Билли, это была счастливая мысль выкинуть тебѣ кожу, сказалъ Натти. — A то легко могло бы дойти до кровопролитія, и если бы я убилъ тебя, то, вѣроятно, во всю жизнь не имѣлъ бы часа покоя.
— Продолжайте докладъ, Шооль, сказалъ Темпль, чтобъ скорѣе кончить дѣло.
Шооль объявилъ, что докладъ конченъ, и вмѣсто его началъ говорить Липитъ, адвокатъ обвиняемаго.