— У нас два спешных дела, — заметил старший из сенаторов. — Прежде всего надо позаботиться о том, чтобы предотвратить новое волнение и похоронить тело старого рыбака, а потом нам следует подумать о том, как разделаться с этим опасным Джакопо.
— Сперва надо его задержать, — сказал синьор Соранцо.
— Это уж сделано! И вы не поверите, господа, его арестовали во дворце самого дожа.
— Его надо, значит, отправить на эшафот, не теряя времени.
Оба старика опять переглянулись. Было видно, что они состояли уже раньше членами Тайного Совета и были единомышленниками. В их взгляде можно было прочесть желание пощадить чувство нового сослуживца, прежде чем приступить открыто к исполнению страшных обязанностей Совета.
— Ради славы святого Марка, синьоры, пусть справедливость торжествует открыто в этом деле! — продолжал молодой член Совета. — На какое снисхождение может рассчитывать наемный убийца? Одно из приятнейших прав нашей власти, это — то, что оно позволяет нам публично карать зло.
Старые сенаторы поклонились в знак своего согласия с мнением товарища.
— Вы правы, синьор Соранцо, воздавая дань уважения нашим законам, — ответил более пожилой. — Я вам должен сказать, что в Львиных Пастях найдено несколько обвинений против неаполитанского синьора дона Камилло Монфорте. Оставляю вашей мудрости, уважаемые товарищи, их обсуждение.
— Злоба сама выдает себя своей чрезмерностью! — вскричал молодой член совета. — Господа, эти доносы являются результатом какой-то особенной злобы и недостойны внимания правительства. Мне часто приходилось встречаться с молодым герцогом святой Агаты, и я могу сказать, что это в высшей степени достойный молодой человек.
— Тем не менее он рассчитывал на руку дочери старого Пьеполо.