— Меня зовут Джино из Калабрии, гондольер на частной службе.
— У кого ты в услужении?
— У знаменитого и высокочтимого дона Камилло Монфорте, владетельного герцога святой Агаты в Неаполе и по праву — сенатора Венеции.
— По твоей претензии на знание законов ты как-будто из Падуи. Вверяешь ли ты свою судьбу патронессе твоего хозяина?
Когда Джино обдумывал ответ, ему казалось, что среди сенаторов произошло какое-то волнение, и недовольство выразилось на многих лицах. Джино поворачивался во все стороны вокруг и искал глазами помощи того, чьей знатностью он только что хвалился.
— Что же ты не хочешь назвать, кому ты вручаешь твою судьбу?
— Покровительнице моего господина, а также святому Януарию и святому Марку, — прошептал растерявшийся Джино.
— У тебя хорошая защита: если тебе двух последних будет мало, ты всегда можешь рассчитывать на первую.
— Синьор Монфорте — имя знаменитое, и он будет всегда желанным гостем на празднествах в Венеции, — заметил дож, склоняясь в сторону герцога святой Агаты, который находился недалеко от «Буцентавра» в красивой гондоле и с интересом наблюдал эту сцену.
Камилло ответил глубоким поклоном. Церемония продолжалась.