Глава X
Страх и одновременно расчет заставили Гэтти положить весла, когда она заметила, что ее преследователи не знали, в какую сторону направить свои поиски. Увидев потом, что ковчег приближается к индейскому стану, она опять взяла весла и, соблюдая величайшую осторожность, направила свой путь на запад, к оконечности мыса, отстоявшего от Сосквеганны на одну милю. При всей слабости ума молодая девушка отлично понимала, что неблагоразумно оставлять лодку во власти дикарей, и потому, ступив на песчаный берег, она тотчас оттолкнула свой челнок таким образом, чтоб он сам собою при попутном ветре пошел к замку. Услышав в эту минуту голоса на ковчеге, который проезжал мимо, она спряталась в кустарник и спокойно дожидалась последствий своей опасной и смелой выходки.
— Дальше от берега, могикан, дальше, не то мачта зацепится за деревья, — сказал Бумпо по-английски, чтобы Юдифь могла его понимать. — Я вижу лодку!
Эти слова Зверобой произнес с величайшей живостью, и рука его тотчас же ухватилась за карабин. Но Юдифь немедленно догадалась, в чем дело, и шепнула своему товарищу, что это и есть лодка ее сестры.
— Держи прямо, Чингачгук! — закричал опять Зверобой. — Вот так! Лодка в наших руках.
В то же мгновенье пойманная лодка, к величайшей радости Гэтти, следившей из своей засады за каждым шорохом, была причалена к ковчегу.
— Гэтти, — закричала Юдифь взволнованным голосом. — Слышишь ли ты меня, милая сестра? Отвечай мне, ради бога! Гэтти, милая Гэтти!
— Я здесь, Юдифь, здесь, на берегу. Если вы погонитесь за мной, я укроюсь в густом лесу.
— О чем же ты думаешь, Гэтти? Вспомни, что теперь полночь, и лес наполнен дикими зверями.
— Ни зверь, ни человек не посмеют обидеть слабоумную девушку. Иду освободить батюшку и бедного Гэрри, которых истерзают в пытках, если никто о них не будет думать.