— Нет, я никогда не подписываю, — сказал Стульцев тем тоном, каким говорит гвардейский офицер: «Нет, я никогда не беру жалованья: отдаю его писарям на водку». — Вы на какой факультет думаете поступить?
— Не знаю, думаю на юридический.
— Берет раздумье? Меня тоже брало, знаете, раздумье, когда я поступал: на какой факультет поступить? Наконец я посоветовался с N.,- говорил Стульцев, называя фамилию одного известного писателя.
— Он вам знаком? — спросил я об N.
— Да. Очень милый человек…
— Врет, врет все, вы не слушайте! — смеясь сказал вдруг какой-то студент, подходя к нам.
— Ну! ну! что ты! — сказал Стульцев, стараясь придать своим словам тон легкого удивления, но ничего не вышло: студент громко захохотал. Стульцев задергал очками и уничтожился, однако ж все еще повторял: «Ну, ну! ну! что ты!» — как будто он относил эти слова к брыкавшейся лошади, которую ласково трепал рукой по шее.
— Стыдно, Аркадий Алексеич, стыдно новичков ловить! — смеясь говорил студент.
— Ну, ну! перестань! — уговаривал Стульцев, глядя от нас в другую сторону.
— Ведь этакая торба вранья! Что он вам врал такое?