— Одна, зато целых два генерала и один юнкер.
— Шалопаи! — проговорил семинарист, спеша закрыть свой рот.
— Почему же?
— Я не скажу: не хочу спорить.
— Никогда не спорь; скорее будешь титулярным советником, — посоветовал Новицкий.
— У нас больше ничего нет, я пойду домой, — сказал Андрей.- Monsieur Крестоцветов, пойдемте ко мне завтракать, — обратился он к семинаристу.
— И я пойду с вами: что-то есть хочется, — лениво потягиваясь, проговорил Новицкий.
— А третья лекция? — остановил я его.
— Ну ее! эту дребедень можно и дома узнать… Сегодня, для первого дня, вероятно, поверки шинелей не будет…
Для Новицкого и Крестоцветова, как и для всех стипендиатов, существовала очень неприятная поверка шинелей, производимая одним усердным субинспектором, и для них очень важно было присутствовать в университете со своим верхним платьем, так как стипендиата, не явившегося десять раз в течение месяца, лишали стипендии. Впоследствии, когда бесполезная затрата времени на слушание лекций сделалась особенно обременительной, многие изобретательные люди нашли возможным вполне заменять себя верхним платьем, и сговорчивый Малинин, всегда посещавший лекции с большей аккуратностью, часто носил в университет по пяти фуражек, чтобы вывесить их там на нумера отсутствующих товарищей, вводя, таким образом, в большое заблуждение бдительного субинспектора.