— Оля, лей — не жалей! — шумел Захаров. — Люблю повеселиться, особенно поесть. Хо–хо–хо!
XXVII
Вечером Макей вызвал к себе Марию Степановну. Тут находились Миценко и Даша. Вид у них у всех был заговорщический. Макей еле сдерживал улыбку. Чёрные глаза Даши наполнились смехом.
— Вот что, Маша, — сказал Макей, подпаливая трубку, завтра едем в Кличев.
На лице Марии Степановны отразилось неподдельное удивление. Тёмные тонкие брови поползли вверх.
— То есть?
— Под видом свадьбы, — сообщил ей Макей.
Мария Степановна на миг задумалась и вдруг громкорассмеялась. Макей бросил на неё сердитый взгляд, но это не произвело никакого впечатления: она продолжала смеяться.
— Ой, уморил!
— А в чём дело?