— Наши эвакуируются. Лось назначен командиром отряда. У меня, Миша, так болит сердце, — сказала она, прижав руки к груди.
Макей посадил Броню рядом с собой, и так как в хате никого не было, он ласково обнял её за талию и привлёк к себе, поцеловав в щёку. Ему жаль было эту девушку, столько выстрадавшую за последнее время. Как объявить ей о своём решении? Он знал, какое удручающее впечатление произведут на неё его слова. Однако делать было нечего, и он снова, взяв её за руки, ласково сказал:
— Знаешь, мы уходим.
— Да? — вскинула она на него тревожно–вопросительный взгляд. — И далеко?
— Очень. Я думаю тебя оставить здесь.
— Ни за что. ни за что! — со слезами на глазах заговорила девушка, и голос её задрожал. — Не оставляй меня здесь одну.
— Не одну, а с Марией Степановной и Дашей. Ты знаешь, Даша тяжело ранена.
Девушка печально задумалась. Это принимало иной оборот. Хотя ей очень тяжело будет снова скитаться без приюта, без Макея, к которому она рвалась с такой силой, но что делать?
— А где жить будем?
Макей почувствовал в этом вопросе согласие Брони остаться. Он не хотел вводить её в заблуждение относительно будущей её жизни и потому сказал прямо: