Партизаны шли один за другим, как всегда гуськом, змейкой. Отряд растянулся чуть не на километр. Змейка ползла меж кустарников и толстых сосен, чуть шурша зелёною травою. Вдруг путь им перерезала дорога с узорными отпечатками колес немецких автомашин. Её надо пройти так, чтобы враги не могли напасть на след. Макей поднял руку и колонна встала. Хвост её всё ещё продолжал наседать, отчего она сжалась, сгрудилась. Было раннее утро и всходившее солнце сквозь густую сетку деревьев било партизанам в глаза. Макей подал команду:
— Задом наперёд, марш!
Партизаны повернулись спиной к солнцу, но продолжали двигаться вперёд, на восток, по ранее заданному направлению. Едва хвост колонны скрылся на противоположной стороне дороги в зарослях кустарника, росшего между старыми дубами и молодыми белоствольными берёзками, как послышался гул моторов — шли вражеские грузовые машины. Партизаны ускорили шаг и поспешили получше укрыться за деревьями.
— На дороге вражеские машины! — полетело по цепочке от хвоста к голове колонны.
Макей приказал:
— Тулееву обложить дорогу, обстрелять и поджечь фрицев.
И вот группа партизан отделилась от общего строя и устремилась назад. Ребята бежали врассыпную. Одни на ходу перезаряжали винтовки бронебойными и зажигательными пулями, другие держали в руках стеклянные бутылки с горючей смесыо или противотанковые гранаты. Весь отряд, развернувшись вдоль дороги, принял боевое положение, готовясь своим огнём поддержать группу Тулеева.
Вражеские машины приблизились к поляне, которую только что перешли макеевцы. Впереди, лязгая гусеницами, полз лёгкий танк. Из него высунулся и поглядывал во все стороны молодой немецкий танкист. Он был без шлема, с засученными рукавами. За танком шли три грузовые машины с солдатами.
Вдруг затрещали выстрелы и раздались один за другим взрывы гранат. Сраженье было коротким. Горевшие машины окутал чёрный дым. Колонна народных мстителей, уничтожив врага, продолжала путь на Восток.
После тяжёлого и длинного пути партизаны вышли, наконец, к полноводной и широкой реке. Свободно и вольно катила она свои мощные воды на юг. Зеркальная поверхность реки блестела под полуденным июльским солнцем. Партизаны сгрудились на краю леса, близко подступившего к крутому берегу реки. С смешанным чувством восторга и тревоги смотрели они на широкую полосу водной глади, щурясь от солнечных бликов, прыгавших на воде.