— Лосевцы мы. Слыхали, может, о таких?
— Нет, не слыхали, — сказала Броня, — но Степана Павловича Лося я знаю.
— Старый друг лучше новых двух. А что про лосевцев не слышали — не удивительно: наш отряд новый, только что организован. Командир наш — во! — и разведчик озорно поднял большой палец. Голубые детские глаза его сияли гордостью за своего командира, широкое лицо в крупных веснушках расплылось в светлой доброй улыбке.
— Что же вы, хлопцы, стоите? Садитесь, — обрати–лась Броня к партизанам. — Хотите есть? У нас щи хорошие, бульба жареная, молоко.
— Как, хлопцы? — спросил старший, обращаясь к товарищам.
— Да что, отказываться неудобно, — смеясь сказал кто‑то сзади.
Броня повела партизан на кухню. Там они досыта наелись жирных горячих щей, жареной картошки, пони ли холодного молока.
— Эх, вздремнуть бы сейчас часок! — сказал кто‑то мечтательно.
Но надо снова идти в путь–дорогу, пробираться лесными тропами, где за каждым поворотом стережёт опасность, ползти через лесные буреломы, через топкие, заросшие мхом и красной клюквой, болота.
— Вздремнёшь тут!