— Хлопцы, смотрите, ведь это Костик!
Да, это лежал Костик. А рядом с ним Оля Дейнеко. Видимо, она держала его за руку — руки их сплелись. Тут же Еалялась сумка Свиягина, из которой выкатились на песок позеленевшие патроны.
Макей тяжело переживал разгром отряда!, смерть партизан. «Костик! Костик! Как он хотел окончить семилетку!» Без вести пропал радист Ужов. По расказам инженеоа Новика выходило, что его убили, по–ч тому чтр, когда по ним стреляли, тот упал и не поднялся.
— Я ему говорил, что не надо сходить с дерева, а он уверял, что блокада кончилась. Вот и тончилась! — заключил Новик.
Он был всё такой же: обросший чёрной щетиной, чуть нагловатый и сильно похудевший.
— Л ты всё такой же, кацо, — говорил комиссар Новику, морщась от боли в ноге.
— Маленько не такой, товарищ комиссар.
— Сивых волос в бараде, что ли, прибавилось?
— И волос, и ума.
Сказав это, Новик ушёл. С этого дня он засел за изготовление автоматов из старых поломанных винтовок. Почти каждую неделю ой «выпускал» ППН, пистолет-пулемет Новика. Партизаны только диву давались, хвалили его, а он словно ничего этого не слышал.