— Скажите мне, — настойчиво повторила она, — правда ли, что сегодня вечером у нас произойдет восстание?
— О, нет, — отвечал он. — Восстания у нас не будет. — И он произнес это так печально, что ей почти стало жаль его.
— Вы причиняете донне Элизе много горя! — воскликнула она.
— И вам тоже, правда? — произнес он с легкой насмешкой. — Я причиняю вам всем много огорчений. Я — потерянный сын, я — Иуда, я — карающий ангел, изгоняющий вас из этого рая, где питаются только травой!
Она возражала:
— Может быть, мы находим, что лучше оставаться, как есть, чем быть расстрелянными солдатами.
— Да, гораздо лучше голодать. Ведь к этому уже привыкли!
— Нет ничего приятного быть убитым разбойниками.
— Но зачем же допускают существование бандитов, если не хотят быть ими убиты?
— Да, я это знаю, — проговорила она, все больше волнуясь. — Вы хотите уничтожить всех богатых!