Как-то в том же месяце Б. Г. Браун, приехав к А-вой, спросил ее, не была ли сегодня в кино дочь его Таня на первом сеансе.
— Нет, она вчера была, а не сегодня, и на последнем сеансе, — ответила А-ва.
— А с кем она была?
— С тем студентом, с которым она всегда бывает.
— Ах, опять этот мерзавец Новиков, ведь я запретил ей бывать вместе с ним, — резко заметил Браун.
Несмотря на запрещение отца, Татьяна Браун, однако, не порывала с Новиковым знакомства, а, наоборот, чаще с ним встречалась, и с начала весны отношения их перешли в интимную связь.
Весной 1926 г. Ф. Г. Браун при поездках на охоту жаловался своему приятелю Петру Захаровичу Петрову на свою дочь, указывая, что она плохо учится и увлекается молодыми людьми.
По словам того же Петрова, и при дальнейших встречах с профессором Браун при беседах с ним было заметно, что он продолжает быть недовольным своей дочерью и ее поведением.
Как-то в половине мая 1926 г. профессор Браун проходил мимо мебельного магазина Петрова. Стоявший возле дверей магазина Петров Петр Захарович, увидев Брауна, пригласил его зайти к себе. Здесь в беседе с ним Петров, между прочим, коснулся своих семейных дел, жалуясь на неизлечимую болезнь своей жены. При этом Петров сказал, что он несчастный человек. Тогда Браун заметил, что он несчастнее его и, схватившись руками за голову, с горечью воскликнул: «Танька моя пропала — она увлеклась и отдалась недостойному человеку».
При произнесении этих слов он заплакал и вышел из магазина.